Специальный проект клуба «Pro & contra»

Почему на Руси плохо с управлением. Республика Татарстан

Почему на Руси плохо с управлением

22.05.2003

«Драма России заключается в том, что ею правят, а ею надо управлять». Михаил Салтыков-Щедрин.

Похоже, это изречение русского классика и в XXI веке остается актуальным. По крайней мере, так считают московские ученые, которые достаточно долго занимаются разрешением «управленческой» проблемы. Будучи в Казани, член-корреспондент Российской академии естественных наук профессор Гранит Семин и кандидат технических наук Андрей Скурлягин побывали в редакции газеты «Республика Татарстан» и поделились с журналистами своими выводами на данную тему.

- Так почему же в нашей стране плохо с управлением?

Гранит Семин: Начнем с того, что в России появился новый класс — класс собственников. Ожидалось, что они станут настоящими хозяевами, способствующими экономическому процветанию страны. Однако оказалось, что стать собственником и умело управлять собственностью, чтобы она приносила стабильный доход, — задачи разные. Идя по пути наименьшего сопротивления, часть новых собственников переключилась с производственно-экономической деятельности на финансовые спекуляции, то есть на регулирование финансовых потоков. Для страны это тупиковый путь.

- Хотелось бы уяснить, в чем корень проблемы. Ведь даже высокопоставленные чиновники и государственные мужи сегодня говорят с трибун, что пора проводить инвентаризацию управленческой структуры во всех отраслях промышленности. Правда, помалкивают о необходимости инвентаризации политической власти…

Г.С.: Управление крупными промышленными конгломератами или субъектами Федерации требует ясного понимания нужных пропорций между централизацией и децентрализацией власти. Российские руководители разного уровня этого не понимают.

Централизация — это способ противодействия системы агрессивному, разрушительному, вредному воздействию внешней среды. Крайняя форма агрессии, например, — военная агрессия. Поэтому армейские структуры жестко централизованы. Смысловыми синонимами централизации в данном контексте являются исполнительная вертикаль, плановая экономика и так далее.

Децентрализация — способ адаптации системы к внешней среде. Децентрализация подразумевает не вертикальные, а горизонтальные связи элементов системы. Адаптационная способность такой системы основана на том, что, в отличие от централизованной, она в состоянии перерабатывать существенно больший объем информации со значительно большей скоростью. Открытая внешняя среда — это мир бурлящих возможностей. Увидеть свой шанс, не упустить возможность, минимизировать упущенную выгоду — вот что сулит децентрализация.

Однако, допустим, вы видите свой шанс, и теперь вам надо им воспользоваться. Для этого нужны, например, кредиты, ресурсы и прочее. А что, если в стране нет избыточных ресурсов, страна бедная, внешняя среда агрессивная и тому подобное? Вы не сможете реализовать свой шанс! И вот тут нужна централизация, способная сконцентрировать ресурсы для реализации шанса.

Когда в системе все предопределено «свыше», шансов поймать жар-птицу практически нет. Для того чтобы они были, нужна некоторая неопределенность. А если неопределенность равна нулю, это значит, что такая жесткая централизованная система не предоставляет шансов, и ее способность к саморазвитию также равна нулю.

Полная децентрализация, напротив, предоставляет шанс. Но при ограниченных ресурсах (а они практически всегда ограничены) не дает возможности ими воспользоваться. Следовательно, препятствует саморазвитию системы. То есть неопределенность также равна нулю. Как говорится, те же горшки, только сбоку.

- Значит, жестко централизованный Советский Союз был обречен на «вымирание»? Но ведь и сейчас особого прогресса в области управления не наблюдается.

Г.С.: Централизованная система не способна к саморазвитию, но способна к созидательному развитию при условии, что на вершине властной пирамиды стоит мудрец. В целом система является неустойчивой, так как права на ошибку у мудреца практически нет. А если руководитель мудростью не отличается, то система просуществует до первой принципиальной ошибки, в чем мы убедились на примере развала СССР (мизерное отклонение от курса стало катастрофическим).

Полностью децентрализованная система не способна не только к саморазвитию, но и к развитию вообще. Это связано, кроме прочего, с тем, что при отсутствии исполнительной вертикали невозможно выработать и контролировать правила скоординированного взаимодействия элементов системы. Это именно то, что в России принято называть институциональным кризисом. Известны примеры, когда советские промышленные гиганты в результате неразумной приватизации дробились на отдельные, юридически независимые фирмочки при полной ликвидации связующей вертикали. Что приводило к развалу предприятия.

Реформаторы сделали очевидную методологическую ошибку, полагая, что при полной децентрализации система будет способна к самоусовершенствованию в максимальной степени. Но на поверку она оказалась неуправляемой.

Централизация нужна для концентрации ресурсов на главных направлениях развития, тогда как некоторая децентрализация — для того, чтобы развивались процессы самоорганизации; это та свобода действий, без которой управляемый объект не может быстро адаптироваться (приспосабливаться) к изменяющимся внешним условиям. Любые системы реагируют на изменение внешних условий, во-первых, изменениями внутренней структуры, во-вторых, использованием новых нестандартных решений — как правило, научно-технического плана.

В Российской академии наук получены соотношения, позволяющие определить оптимальные пропорции между централизованными и децентрализованными частями (или точками) устойчивого развития управляемого объекта в зависимости от достаточно большого числа параметров, характеризующих условия существования этого объекта. Оказалось, что оптимум пропорций колеблется от 1/3 до 2/3 — это и есть область устойчивости, в которой и следует искать точку «золотого сечения». Управляемый объект может устойчиво существовать и развиваться именно в этом интервале пропорций. В случае неблагоприятных обстоятельств необходима централизация до 2/3. Большая централизация может быть допущена лишь кратковременно — при экстремальных обстоятельствах, таких, как война, разруха, глубокий экономический кризис. В случае 2/3 важно, на что пойдет оставшаяся 1/3 — на научно-технический прогресс или на строительство вилл.

Знаете, к каким последствиям приводит резкий перевод управляемого объекта из централизации 2/3 в 1/3? В четыре раза падает либо производительность труда, либо число работающих людей. Приведу лишь один пример. По данным Госкомстата, в 2000 году выработка на одного работника, занятого в нефтедобыче, оказалась в четыре раза меньше, чем в 1983 году, когда отрасль была централизованная. Это наглядно иллюстрирует тот факт, что централизация производства позволяет экономить на издержках. Децентрализация, как мы говорили выше, потенциально минимизирует упущенную выгоду, но существенно увеличивает издержки.

При переходе из 95 процентов централизации (как было в Советском Союзе) в пятипроцентную, куда ведут сегодняшнюю Россию, сброс производительности труда произойдет уже не в четыре, а в 361 раз! Или во столько же раз уменьшится занятость. Невостребованные люди должны либо умереть, либо выживать за счет натурального хозяйства, ибо у государства не будет ресурсов для благотворительной поддержки населения. Сценарное прогнозирование социальных катаклизмов выходит за рамки нашей беседы. Но распад страны, субъекта Федерации или промышленной корпорации — наиболее вероятный исход. Самоуничтожение объекта управления неизбежно, если руководство доведет дело до пятипроцентной централизации.

Поэтому выбор оптимума между централизацией и децентрализацией власти жизненно важен для субъектов России и крупных промышленных объединений. Если с этим не считаться, то не следует удивляться низкой доходности той собственности, которая уже не является государственной.

Андрей Скурлягин: Ситуация в стране такова, что делает эту проблему очевидной даже не экономисту. Как ни странно, но в значительной степени сей парадокс объясняется профессионализмом работника. Квалифицированный специалист, в том числе экономист, как правило, — это человек, который удачно избегает маленьких ошибок и неуклонно продвигается к глобальному заблуждению, поскольку привык использовать ограниченный круг понятий и методов. И не учитывает влияния новых нарождающихся факторов.

- Что вы подразумеваете под «новыми нарождающимися факторами»?

А.С.: В обобщенном виде это несоответствие между теорией и практикой управления по ряду ключевых позиций. Допустим, таких, как возникновение новых задач, приводящих к обесцениванию опыта управляющих. Усложнение задач, которые нельзя решить с помощью традиционных управленческих навыков. Рост стратегических неожиданностей.

Конкретным примером может служить общемировая ситуация, которая характеризуется как цивилизационный кризис. Подобные кризисы нам известны из истории: общество первобытных охотников и собирателей, исчерпав ресурс своего развития, совершило сельскохозяйственную революцию. Возделывание земли оказалось более продуктивным, чем охота, и это разрешило кризис. Затем была индустриальная революция. И так далее. Каждый раз в период таких кризисов обострялась борьба за ресурсы, хотя их разрешение лежало в иной плоскости, а именно — в кардинальной смене технологий.

Главное, в период подобных кризисов возникает множество новых и усложняются известные задачи. Внешняя среда государства, субъекта Федерации или отдельного предприятия становится столь хаотичной, что традиционные методы управления (например, управление по конечным результатам, программно-целевое планирование, анализ рисковых ситуаций и прочие) не в состоянии давать адекватные решения. Ориентироваться в хаосе, то есть рационально управлять предприятием или государством, можно только ясно понимая, что такое хаос. А таких навыков в традиционном курсе менеджмента не дают.

Общаясь с руководителями разного уровня, я вижу: наиболее опытные и одаренные из них чувствуют несоответствие и интуитивно пытаются нащупать другие методы. Иногда удачно. Однако в целом их искания напоминают любовные игры слепых в зарослях крапивы.

- Вы утверждаете, что профессионализм вреден?

А.С.: Не вреден, но недостаточен! Только взгляд на проблему с различных сторон способен прояснить ситуацию. Привнесение новых понятий и методов в ряде случаев вскрывает ситуацию, позволяет описать и прогнозировать ее в этом вечно меняющемся мире. Знаний предостаточно, но они плохо связаны между собой. Сегодня дефицит эрудиции достиг таких масштабов, что наука без всякого внешнего принуждения родила так называемый междисциплинарный синтез — научный метод рассмотрения и решения конкретной задачи с точек зрения различных дисциплин. Этот метод позволяет сразу прояснить ошибки. Ясно видны просчеты, например, в экономике и методах управления.

- Расшифруйте, пожалуйста, в чем же суть междисциплинарного синтеза.

А.С.: Матушка-природа не знает, что мы разделили ее на физику, химию и другие дисциплины. Это деление де-юре было противоестественным и вынужденным из-за скудности первоначального знания. К концу двадцатого века объем и глубина познаний настолько возросли, что искусственное деление «поля знаний» на отдельные дисциплины стало анахронизмом. Одним из родоначальников междисциплинарного синтеза принято считать известного ученого Илью Пригожина. Он доказывает, что в основе ряда явлений, не связанных между собой дисциплинарно, лежат одни и те же универсальные закономерности, а это существенно облегчает поиск решений.

На первых этапах становления междисциплинарного синтеза между учеными возникали острые разногласия, особенно на стыке гуманитарных и естественных наук. Социологи, психологи, философы достаточно ревниво относятся к тому, что, например, некоторые физические теории адекватно описывают явления, которые внутридисциплинарные методы могут решать очень приближенно. У художников, композиторов и поэтов вызывает понятный внутренний протест тот факт, что классическая гармония зрительного образа, музыкального звука, стиха описывается математически, а следовательно, моделируется. Здесь уместно упомянуть корни уравнения «золотого сечения», о котором говорил выше профессор Семин, — это математически выверенная графическая форма, отвечающая врожденному чувству гармонии психически нормального человека.

Результаты последнего российского симпозиума по междисциплинарному синтезу, на котором присутствовали известные и авторитетные ученые из разных областей знаний, показывают, что в принципиальном отношении противоречия практически сняты.

В США уже не один год существует «Институт сложности», который с помощью междисциплинарного синтеза занимается выявлением в состоянии социально-экономических систем параметров, слабое управленческое воздействие на которые приводит к неадекватно большим последствиям. Эти разработки являются хорошей методологической основой, к примеру, для дестабилизации неугодных политических режимов или конкурирующих корпораций. Пропорции между централизацией и децентрализацией в экономике — один из таких параметров.

- И на какой стадии находятся эти разработки у нас, в России?

А.С.: Мне кажется, ясность в понимании основных вопросов достигнута. Пора решать прикладные задачи, например, по проблемам управления вертикально-интегрированными компаниями или субъектами Федерации.

Что же касается стадий ответной реакции на нестандартные идеи, то их, как известно, три.

1. «Это невозможно! Не отнимайте у меня время!»

2. «Может быть, это так, но не стоит заниматься таким делом…»

3. «Я всегда считал, что это именно так!»

Сейчас мы находимся на второй стадии.

- В чем заключается нестандартность идей?

А.С.: Целью управления, например, корпорации является, в общем виде, опережающее развитие относительно других корпораций. Если слово «развитие» заменить словом «эволюция», то становится очевидной возможность использования известных фундаментальных закономерностей, описывающих эволюцию в материальных средах, в том числе в биологии, для решения задач управления.

«Другие корпорации» — как внешнюю среду — можно достаточно полно описать в терминах динамически неустойчивых систем, известных в физике и теории систем. Таким образом, мы как бы получаем набор шаблонов из универсальных законов мироздания, по которым можно проверять предлагаемые методы управления. Подходит к шаблону — будет работать! Не подходит, значит, утопия! Фундаментальные законы не терпят компромиссов: попытка прыгнуть с крыши без парашюта и не разбиться является наглядно утопичной, так как противоречит закону всемирного тяготения. То же с управлением: количественные соотношения, полученные профессором Семиным, отвечают фундаментальным правилам эволюции систем — правилу необходимого разнообразия и правилу нефункционального разнообразия. Следовательно, они верны.

- Хотелось бы на конкретном примере усвоить, каким образом «фундаментальные закономерности, описывающие эволюцию в материальных средах, в том числе в биологии», можно применить для решения задач управления?

А.С.: Приведу наиболее яркий пример на основе правила нефункционального разнообразия, которое очень упрощенно сформулируем так. При резких изменениях внешней среды система способна выжить в том случае, если где-то на периферии накоплен некоторый запас элементов разнообразия, которые в случае общесистемного стресса неожиданно становятся доминирующими звеньями системы-наследницы. Допустим, млекопитающие на фоне динозавров были малозаметным элементом земной биосистемы. В результате катаклизма динозавры вымерли, а млекопитающие и ныне доминируют на Земле. И спекулянты на фоне плановой экономики также были незначительным элементом. Советская система в годы своего заката была не столь жесткой и позволяла спекулянтам существовать в «тени». А в период реформ они стали несущим, структурообразующим элементом постсоветской системы.

Это правило говорит о том, что, например, при структурировании так называемых вертикально-интегрированных компаний ошибочно загонять все подразделения и сотрудников в исполнительную вертикаль. Нужны и горизонтальные связи, причем непрофильные и, казалось бы, малозначимые. К аналогичному выводу пришел в 2001 году один известный автор докторской диссертации по системам управления. Однако ему так и не удалось подойти к количественным соотношениям параметров и их функциональным взаимосвязям. А это с практической точки зрения главное. Не удалось, поскольку использовался традиционный внутридисциплинарный подход…

К сожалению, наша страна слишком консервативна. Люди, считающие себя профессионалами, привыкли работать по старинке и мучительно воспринимают новое.

- В общем, уместно вспомнить слова известного английского экономиста Джона Кейнса: «Практики, которые считают себя далекими от какого-либо интеллектуального влияния, в действительности бывают рабами какого-нибудь давно забытого экономиста…» Но ведь в России появились консалтинговые фирмы, которые тоже пытаются решать управленческие задачи…

А.С.: Как правило, они навязывают российскому клиенту западные модели менеджмента, которые в девяносто девяти процентах случаев у нас не работают. Не потому, что модели плохие или мы другие. Нет! Просто эти модели рассчитаны на работу в условиях «русла» (монотонной стадии развития общества), а не в условиях «джокера» (хаотической стадии). Более того, чрезвычайно важны методы прогнозирования в условиях хаоса. А хаос — среда нелинейная. Реальную ситуацию сегодняшнего дня нельзя описать простыми линейными прямо пропорциональными зависимостями, она много сложнее и динамичнее. В России число аналитиков, способных это делать для нелинейной среды, можно пересчитать по пальцам одной руки. И эти люди не работают в консалтинговых фирмах! Навязывая заказчикам линейные прогнозы по западному трафарету (Pest-анализ, Swot-анализ и так далее), которые, как правило, не сбываются, многие консалтинговые фирмы, по сути, дискредитируют саму прогностику как науку.

За последнее время мне пришлось пообщаться с руководителями и экспертами наиболее известных консалтинговых фирм. Впечатление такое, что это артели по производству гуталина. Типовая задача по маркетингу розничных продаж, например маргарина, решается ими более или менее удовлетворительно. Но в плане разработки экономических стратегий — состояние плачевное. По сути, заказчикам спихивают залежалый товар. За сто тысяч долларов предлагают элементарный учебник по антикризисному управлению вкупе с предложением сменить вид деятельности, иногда — оптимизировать систему управления по традиционной схеме.

В хаотической среде это не решает ни одной коренной задачи предприятия. Консультанты просто эксплуатируют некомпетентность заказчиков. Здравомыслящие заказчики интуитивно чувствуют подвох и либо совсем не нанимают консультантов, либо делят в уме их рекомендации, как минимум, на десять. Причем отношения «консультант — заказчик» покрыты завесой строгой конфиденциальности под предлогом соблюдения коммерческой тайны. На самом деле скрывается некомпетентность консультантов.

Даже кандидатская диссертация на какую-нибудь заштатную тему — «О лошади и овсе» — требует привлечения оппонентов. В российском консалтинге это напрочь отсутствует. А ведь он дает стратегические советы! Кстати, советы-перлы встречаются замечательные. Приведу лишь один пример. В Казани я давал заключение на федеральную стратегию развития нефтехимии, разработанную одной из консалтинговых фирм. Главная цель данной стратегии, если ее переложить на военный язык, звучит так: «Стратегической целью наступления является глухая оборона при полностью открытом тыле и полном переформировании войск в процессе ведения боевых действий». Авторский смысл полностью сохранен.

А объективно, грамотный стратегический консалтинг сегодня крайне необходим. Малоизвестный в России факт: среднемировой коэффициент удержания богатства в одних руках стал значительно меньше единицы. Другими словами: разбогатев, вы вряд ли сумеете обеспечить своих детей, а скорее всего — разоритесь сами. А если вам удастся перевести деньги за границу, то, не имея за спиной сильного государства, вы рискуете подвергнуться конфискации под любым удобным другому государству предлогом.

- Грустная получается картина. Что же все-таки делать управленцам?

А.С.: Признать в конце концов междисциплинарный синтез…

Беседовала корреспондент: ДЕМИНА Ирина.

Печать E-mail

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить